Милош Ржига: Больше всего мечтал стать хорошим игроком. О тренерской работе вообще не думал
Главный тренер СКА Милош Ржига рассказал о своей молодости, проведенной в Пршерове.
— Мне ваш родной город понравился.
— (Смеется.) А мне-то он как нравится! Давно здесь не был. Сейчас приехал и увидел: город — красавец! Раньше он был грязный, обшарпанный. Сейчас строятся новые дома, спортивные площадки. Здорово.
— А в какой школе Пршерова вы учились?
— Недалеко отсюда. Ее называли «Оптика». Потому что там недалеко находился завод оптики.
— Вы хорошо в школе учились?
— Нет. Не буду скрывать. Только спортом занимался. Школа была на втором плане. Но потом мама сказала: пора браться за ум. В итоге закончил среднюю школу, поступил в Институт физкультуры…
— Хулиганили, когда учились в школе? Кнопки учителям на стул подкладывали?
— У меня были другие выходки, более позитивные. Например, если учительница немного опаздывала, мог вытащить весь класс на улицу. Преподаватель приходит, а класс пустой — все на площадке в спортивные игры играют.
— Значит, всегда были лидером?
— Еще с садика выделялся ростом и активным характером.
— Расскажите о ваших родителях?
— Мама умерла (Милош произнес эти слова с трудом), а папа каждый день на стадион приходит.
— Как зовут вашего отца?
— Ярослав. Меня в Москве так и именовали — Милош Ярославович (улыбается). Мои родители работали вместе на оптическом заводе. Там изготавливали фотоаппараты и прицелы для танков. Мои родители много работали. Папа уходил на работу в пять утра, а вечером работал на арене заливщиком льда.
— Сейчас папа, наверное, гордится вами?
— Он не скажет, у нас в семье так не принято. Но вот папина подружка говорит, что он мной и правда гордится.
— Навещали свой старый дом?
— Разумеется. Правда, все сильно изменилось. Но я прошел по местам, где бегал еще мальчишкой, и меня охватила ностальгия. К горлу подступил комок, едва сдержал эмоции. Здесь все начиналось. Вначале мы гоняли шайбу на улице, и я совершенно не умел кататься. Потом начал работать над собой, трудиться… Никто из тех, с кем мы начинали, кроме меня, не связал свою жизнь с хоккеем.
— Здесь вас постоянно окружают люди. Наверное, пришли и школьные друзья, и друзья детства?
— Конечно, много знакомых и родственников приходили на матчи и тренировки. Они искренне рады за меня.
— И что, никто не завидует?
— Есть и такие. Не все прощают другому успех.
В этот момент к нам подошел помощник Ржиги Андрей Потайчук и заговорил с тренером на чешском. Корреспонденту «Спорта» оставалось только удивляться способности Андрея к языкам. Не тренер, а полиглот. Говорит еще и на финском в совершенстве!
— Помните свою первую машину?
— Конечно, помню — «Шкода 125». Привез ее с завода и поставил у родителей жены. Утром пришел — колес нет. В милиции мне сказали, что я сам у себя колеса украл. Так что забыть свою первую машину не получится, даже если захочу.
— Помните, куда потратили первую зарплату?
— Точно не вспомню, но, скорее всего, отдал родителям. Ведь мы жили очень скромно.
— Вы всегда мечтали быть тренером?
— Больше всего мечтал стать хорошим игроком. О тренерской работе вообще не думал. Всегда стремился прогрессировать, расти над собой. Но в какой-то момент из меня сделали играющего тренера, а потом пошел по этой стезе дальше. Помню, когда учился в школе, учительница все время ругала меня за неуспеваемость. Но мне было не до учебы — все время отдавал тренировкам. Она ругала меня: «Из тебя ничего путного не вырастет». Но однажды я отличился на одном из школьных турниров, и она извинилась перед всем классом, сказав: «Этот парень будет играть в хоккей!» Меня ее слова взбодрили и подстегнули дальше идти к своей цели.
— Вы сами играли в хоккей, а теперь стоите на тренерском мостике. Наверное, вам непросто отказывать тем ребятам, которые не проходят в команду?
— Конечно. Особенно нелегко отказываться от игроков, приезжающих в тренировочный лагерь на просмотр. Порой парень очень хорошо работает, выкладывается, отдает всю душу, а с ним надо попрощаться — потому что он не проходит в состав. В то же время один известный коуч сказал мне однажды: если не научишься принимать такие решения, никогда не станешь тренером.
— Сейчас уже наметили круг ребят, с которыми придется проститься?
— Да, мнение уже сложилось. На этот раз все было не так запутанно. Думаю, те же молодые ребята должны гордиться тем, что работали на таком высоком уровне. Они поняли, убедились: хоккей — тяжелая работа. Смогли реально оценить свой уровень и будут расти, прогрессировать.
— Несколько дней на улице был настоящий «парник»: высокая влажность и жара. Ребята тренировались в спартанских условиях…
— Меня не интересуют ни погода, ни внешний комфорт. Мне было важно, как кто ведет себя в условиях тяжелого физического труда. Познакомиться с ребятами, понять, кто боец, а кто нет.
— По возвращении вы дадите своим парням отдых?
— После такой серьезной нагрузки они получат три дня выходных, чтобы как следует восстановиться. Затем начнутся двойные тренировки, продолжим совершенствовать физические кондиции, но занятия будут более короткими, агрессивными. Постепенно начнем работать и над тактикой обороны и нападения.
Источник: "Спорт день за днем"
Добавить комментарий
Стандартные
ВКонтакте