Сергей Плотников: Я хотел играть в Северной Америке. О возвращении в Россию не думал
Форвард «Аризоны» Сергей Плотников рассказал, почему у него не получилось в «Питтсбурге».
– Наверное, сейчас вы еще привыкаете к климату «Аризоны»?
– Да, сегодня у нас плюс 30. Мы с супругой живем в отеле и еще не решили, стоит ли снимать жилье. Пока совсем не до этого.
– Обмен из «Питтсбурга» все ждали, но он все равно получился удивительным. Вы перешли в команду, с которой «пингвинам» играть вечером.
– Обмен был рано утром, до раскатаки, так что я, когда пришел на стадион, сразу пошел в другую раздевалку. А там уже висела моя форма. Все произошло достаточно буднично.
– Вы попали в команду, которая борется за место в плей–офф. Что там говорят о шансах?
– Я в команде только два дня и особо ни с кем не общался. Но понятно и так, что пока сохраняются шансы, будем стараться попасть в восьмерку.
– Меня смутило, что вы и в «Аризоне» играли в третьем звене.
– В четвертом, если быть точнее. Но там не было такого, чтобы какую–нибудь пятерку сажали в запас надолго, так что практически все сыграли поровну.
– Несмотря на шесть силовых приемов, вы все равно не забили.
– Ох, не говорите. Я очень надеюсь, что все–таки у меня получится открыть счет голам. Очень рад, что моя непростая ситуация в НХЛ разрешилась. Надеюсь, что в составе «койотов» мне будут доверять гораздо больше.
– Давайте про «Питтсбург». Очень интересует, а где сидят запасные во время игры? Обычно в ложе прессы.
– Нет–нет, у нас не было такого места, где бы мы были обязаны находиться. Хочешь – иди на трибуны, хочешь – смотри матч в раздевалке.
– Я почему спрашиваю. Вы не играли долго.
– Почти два месяца. Это очень непростая ситуация для меня. Трудно в самом разгаре карьеры, когда полон сил, очутиться в таком положении.
– Публично нам объяснили ваше отсутствие в составе так: Сергей Плотников головой был в России и очень хотел туда вернуться.
– Я читал эти слова генерального менеджера. Что тут сказать… Не могу это подтвердить. Единственное, что я в какой-то момент очень хотел, так это обмена. И он об этом прекрасно знал.
– В какой момент? Просто я внимательно следил за вашим выступлением и знаком с ситуацией. Говорили, что вами были довольны руководители клуба, а проблема была в тренере. Все должно было измениться после смены Майка Джонстона, но при Майке Салливане стало только хуже.
– Сначала мне говорили точно также: менеджерам я нравился, а тренер не видел меня в составе. Просто совершенно не уверен, что так и было. Это лишь одна из версий.
– Но когда пришел Салливан, то шансы давали?
– Ничего не изменилось. Как я играл по семь минут, так и продолжал выходить очень редко. Я просил, дайте мне больше времени, позвольте проявить себя и уже после этого можно делать какие–то выводы о моем состоянии. Если бы у меня не получилось, то не осталось бы никаких вопросов. Разошлись бы мирно. Но игрового времени было явно недостаточно, чтобы успеть сделать хоть что–то.
– Последний раз вы сыграли 6 января. Что случилось в тот день, после которого вы даже перестали попадать в заявку?
– Точно не было никакого разговора. Я не все могу сказать, сами понимаете, это было бы не совсем правильно, но точно дело не в какой–то беседе или ссоре. Но где–то в начале февраля, когда я уже не играл месяц, Майк Салливан что–то попытался объяснить.
– И что?
– Он сказал, что через три–четыре дня после того, как он возглавил клуб, узнал, что я хочу обмена и потому не рассчитывал на меня. Но я не знаю, была ли это единственная причина.
– Но все–таки насчет России. Я помню, с каким настроением вы уезжали в Северную Америку. Мне странно было слышать, что вы захотели бы вернуться в КХЛ. Вы же не подросток, куда–то уезжать при действующем контракте.
– Я хотел играть в Северной Америке. О возвращении в Россию не думал.
– Несмотря на то, что вы ни разу не забили, у вас были и очень неплохие игры за «Питтсбург».
– Да, нормальным получился выезд в начале декабря. Кажется, там были «Лос–Анджелес», «Анахайм». Но всё равно играл я немного. Когда я последний раз так мало играл? Наверное, лишь в Хабаровске в первый сезон за «Амур». И потому просил больше времени. Иначе зачем я приехал? Сидеть на скамейке? Да и как развиваться?
– В четвертом звене это непросто.
– Между прочим, мы и четвертой тройкой иногда действовали очень неплохо. Но и после удачных матчей игрового времени не добавляли.
– А вы чувствовали, что у вас все получается? Все–таки непросто играть в новой лиге.
– Поначалу какие–то проблемы были с адаптацией, надо было перестраиваться, понимать, что нужно действовать иначе в каких-то моментах, например, в отборе. Пространства же меньше. Но, если честно, главная проблема была в том, что я сразу не смог забить. И безголевая серия с каждой игрой только увеличивалось.
– Моменты были?
– И немало. Но я всё упустил.
– И еще были странные удаления, иногда вы получали две минуты на ровном месте.
– Это было в начале сезона, когда я еще перестраивался и иногда какие-то вещи делал неправильно. Но вряд ли мои проблемы были связаны с удалениями. Мне об этом никто не говорил.
Источник: Бизнес Онлайн
Добавить комментарий
Стандартные
ВКонтакте