Нападающий «Рейнджерс» Артемий Панарин поделился воспоминаниями о периоде в казанском «Ак Барсе».
- Полузабытый момент карьеры - переход в «Ак Барс» в 2012 году и то, что вы тогда почти не играли в плей-офф. Этот момент чему-то научил?
- Да, повлиял в сторону моего профессионализма. Уже тогда я серьезно тренировался перед сезоном, между играми готовился, после игр и после тренировок дорабатывал. Был на правильном пути, но все равно тренер [Владимир Крикунов] как-то не давал особо выходить, хотя я начал там достаточно хорошо.
Скорее всего, какие-то слухи дошли, что режим мы немного нарушали, и я в том числе. Руководство и тренер знали, что я хожу и веселюсь иногда. В целом это стало уроком - правда, не знаю, посадили ли меня из-за нарушений режима или чего-то другого. В любом случае Крикунову спасибо - все получилось так, как получилось.
В СКА (хоккейный клуб из Санкт-Петербурга) через год, когда я снова перешел под плей-офф, уже серьезно относился к делу, режим не нарушал, был серьезно вовлечен в дело. Меня не качало уже ни влево, ни вправо - и мой серьезный режим после Казани продолжился пять лет. Я превратился в человека, который никуда не ходит, тренируется и тренируется.
- Вы окончательно перешли в СКА в 2013 году. В клубе - сплошные «монстры»: Илья Ковальчук, Вадим Шипачев, Патрик Торесен и другие. Не было страха потеряться на их фоне?
- Уверенности не было, но не было и страха перед конкуренцией. Я понимал: чтобы расти, мне нужно было кого-то иметь впереди, как пример для себя, чтобы выиграть конкуренцию не только в лиге, но и в команде. Я знал, что там будут хорошие примеры - «Витязь» много мне дал, но на тот момент, наверное, я уже перерос клуб. Нужна была новая ступень, я ее получил и с удовольствием отдался делу, - сказал Панарин.
Источник: Forbes

Добавить комментарий