Евгений Зимин: Тарасов считал, что из меня должен получиться большой тренер

Создано: 06.08.2017 16:00

Прославленному ветерану Евгению Зимину исполнилось 70 лет. Бывший форвард сборной СССР рассказал о том, чем занимается сегодня.

- Вы ведь самый титулованный спартаковец…

- Выходит что так. Олимпийскими наградами и медалями с чемпионатов мира могут похвастать многие мои партнеры по команде. Но мне посчастливилось завоевать Кубок европейских чемпионов, чего не удалось никому из «Спартака». Выиграл с «Крыльями Советов», где я заканчивал карьеру. Та команда заняла в чемпионате Союза только седьмое место, но чехословацкую «Дуклу» в Москве мы разгромили 7:0.

- Не без помощи вашего гола.

- Двух голов и паса! Самое интересное, что в чемпионате страны я тогда в 24 матчах забил всего одну шайбу и отдал две передачи.

- Вы закончили карьеру до 30-ти, но и начали очень рано…

- В 14 лет уже тренировался с мастерами московского «Локомотива», хотя ростом был невелик. А к 16-ти годам сыграл два десятка матчей. К 25-ти я – двукратный олимпийский чемпион, трехкратный чемпион мира, по два раза был чемпионом страны и Кубок выигрывал.

- Ваш дом – «Спартак»?

- Даже не спрашивайте. В «Спартак» меня пригласил Бобров. Благодаря ему я и раскрылся. Всегда импровизировал на льду, а Всеволод Михайлович не препятствовал. Потому что сам любил обводить и хитрить.

- Самый для вас непроходимый защитник?

- Нет, не Виталий Давыдов или Эдуард Иванов. Не Игорь Ромишевский и Валерий Васильев. Их я частенько обыгрывал, знал слабые места. Играл в «Сибири» такой Митраков. Громила. В матчах со «Спартаком» охотился за Старшиновым, что мне облегчало жизнь. Вячеслав Иванович ведь тоже был как скала. С пятачка не сдвинешь. Как-то выпивали после спектакля в театре на Таганке. Старшинову наливают маленькую рюмку беленькой. Так Валера Золотухин как закричит: «Такому богатырю и маленькую?! Подать его размерчик». Пришлось Славе опустошить целый стакан.

- С Высоцким были знакомы?

- С Володей тоже выпивали. Крепкие напитки. Отличный он парень, простой, абсолютно не высокомерный. К тому же Высоцкий знал мою маму, ходил в ее больницу. Она главврачом работала.

- Самые яркие моменты вашей биографии?

- Конечно, Олимпиада в Гренобле. Матч с канадцами, мы выиграли 5:0 и стали чемпионами. Я гол забил. Потом решающая игра за золотые медали с ЦСКА в мае 1969-го. На трибуне Брежнев со свитой. Нас устраивала ничья. Та пауза, когда Тарасов увел команду в раздевалку, сильно нам помогла. Мы отдохнули, и мне удалось забить третий гол – 3:1.

- Этот ваш гол, забитый эстетски, часто показывают в хронике, но не заостряют внимание болельщиков, когда это было и кто автор.

- Наконец, самая важная веха – гол в ворота канадских профессионалов в монреальском «Форуме». Эта первая шайба нашей сборной в Суперсерии-72. В том матче я забил еще одну, но во второй игре в Торонто получил травму, и серия для меня закончилась.

- С какими партнерами вам игралось комфортнее всего?

- Да со всеми получалось. Тарасов как-то поставил к «академику» Александрову. Когда ушел Евгений Майоров стал в «Спартаке» стал играть с его братом Борисом и Старшиновым. Потом с Якушевым и Шадриным.

- Говорят, вы часто спорили с тренерами, отстаивали точку зрения.

- Тут до Володи Петрова мне далеко. Спорил я интеллигентно. Всегда обосновывал свою позицию. Не всем это нравилось. Когда стал не нужен «Спартаку», с меня сняли бронь и забрали в армию. В неполные 27! Служил не в ЦСКА, а в Липецке, в СКА МВО. Уже тогда готовился стать тренером. Когда закончил карьеру, мне помогли устроиться в Управление хоккея при Спорткомитете. Работал с юниорскими сборными. Потом - в «Спартаке». Есть в Интернете ролик, как я тренирую мальчишку-вратаря. Это Максим Михайловский, который дорос до чемпиона мира. После того, как меня ушли из «Спартака», ушел в журналистику, стал комментировать матчи на ТВ. Болтать-то, доходчиво излагать мысли я всегда умел складно. Как-то пошел брать интервью у Тарасова. Так Анатолий Владимирович заявил: «С предателями не общаюсь. Ты предал тренерское дело». Тарасов считал, что из меня должен получиться большой тренер.

- Немногие помнят ваши совместные хоккейные репортажи с Владимиром Маслаченко.

- На четвертой кнопке. Володя был ведущим, а я экспертом. Он говорит-говорит, я же вставляю свои три копейки. Маслаченко в ответ поднимает большой палец – мол, молодец, супер.

- Чем занимаетесь в последнее время?

- Если честно, после смерти моей жены – а мы с ней прожили 41 год – я сдал. Мужчине ведь немного надо – добротная одежда, обувь, часы и по возможности солидный автомобиль. У меня все это есть. Для любимой старался выглядеть красивым. Она прикрывала тыл, хранила домашний очаг. А сейчас…. Могу неделю не бриться и не выходить из дома. Здоровье пошатнулось. Два года назад перенес сложную операцию. Сижу на таблетках.

- Неужели и на хоккей не выбираетесь?

- Очень редко. Стараюсь не включать телевизор. Да и не радует меня наш хоккей. Не впечатляет. Одни пробросы в зону и броски по воротам. Чемпионаты мира, Олимпиады, Кубок мира – это другое. Их я смотрю.

- У вас есть сын, четверо внуков. Хоккейный наследник подрастает?

- Нет, сын пошел по другому пути, хотя мог стать хоккеистом. Его даже как-то Ларионов похвалил. А внуки интересуются кинематографом. Я же на них не давлю. Это для меня на первом месте были футбол и хоккей, для них – другое, - сказал Зимин.