Борис Майоров: Ни разу не слышал от Тарасова, чтобы он плохо говорил о Боброве
В пятницу, 30-го ноября, перед матчем «Спартак» - СКА под своды Ледового дворца «Сокольники» будет поднят памятный вымпел великого тренера Всеволода Михайловича Боброва, которому 1-го декабря исполнилось бы 90 лет. Напомним, что Бобров привёл «Спартак» к чемпионству в 1967-го году. Двукратный олимпийский чемпион Борис Майоров поделился воспоминаниями о легенде советского спорта.
- Борис Александрович, Всеволод Бобров пришёл в «Спартак» в 1964-м году. Каковы были его первые шаги в качестве старшего тренера команды?
- Какие были первые его шаги, я не знаю. По одной простой причине – мы были заняты втроём при подготовке к Олимпийским играм в Инсбруке, и нас в команде не было. Потом мы уехали на Олимпиаду, и как раз в этот период времени пришёл Всеволод Михайлович. Чем он там занимался, с чего он начал, я не знаю. Потом мы вернулись, познакомились с ним и приступили к своим обязанностям.
- Каким человеком и каким тренером он вам запомнился?
- Всеволод Михайлович был уравновешенным спокойным человеком с абсолютно нормальным подходом к тем событиям, которые происходили вокруг команды и вокруг него. Больше скажу, он был сдержанным человеком. Что касается его тренерства, то он пользовался совершенно огромным авторитетом в команде. Казался нам порой слишком дотошным, заставляя нас заниматься такими вещами, которые с нашей точки зрения были нами давным-давно освоены. Может быть он был немножко нудным – его установки продолжались час и более: он старался нам буквально разжевать всё, что касалось предстоящего матча, нашей игры и игры соперника. Я не помню, чтобы он когда-то взорвался, не помню, чтобы он на кого-то накричал. Я уже сказал о том, что он был сдержанным человеком. Все мы слушали его, открыв рот, хотя, конечно, что он особенного мог открыть в хоккее? Я всегда говорю, что хоккей – консервативная игра, за сто лет никто ничего не придумал: вратарь, два защитника и три нападающих.
- Жёсткие решения он принимал?
- Принимал, бывало такое. Он как-то раз отчислил пару игроков за нарушение спортивного режима. В то же время умел привлечь нового игрока в команду, нарисовать картину, которая его ждёт, если он придёт в «Спартак».
- Какова роль Всеволода Михайловича в чемпионстве 1967-го года?
- Ответ на этот вопрос лежит на поверхности. Конечно, к успеху привела и его работа, и наша работа тоже. Но его вклад переоценить сложно. Я уже говорил, что он пользовался в команде огромным авторитетом, а ещё скажу, что он просто умел работать. Неслучайно же уже потом он был тренером сборной команды Советского Союза. А ведь в те годы очень скрупулёзно относились к назначению тренера сборной по хоккею. После ухода Чернышёва с Тарасовым вопрос о тренере сборной решался на уровне ЦК КПСС. Наверное, там посчитали, что он обладает всеми качествами для того, чтобы быть этим человеком. И с точки зрения профессиональной, и с точки зрения человеческой.
- А правду говорят, что Бобров пришёл в «Спартак», чтобы обыграть Тарасова?
- Ерунда полная. Вечно кто-то чушь всякую придумывает. Всегда говорили, и считают до сих пор, что Тарасов и Бобров были врагами. Но я ни разу не слышал от Боброва, чтобы он плохо говорил о Тарасове. И ни разу не слышал от Тарасова, чтобы он плохо говорил о Боброве. Они могли промолчать, но плохого никогда друг о друге не говорили.
- Бобров был интеллигентным человеком?
- Вполне.
- Как команда и сам Всеволод Михайлович переживали расставание, когда Бобров ушёл в футбольный ЦСКА?
- Команде что? Нам сказали, что тренером теперь будет другой человек. Что делать? Надо приступать к работе. Кто-то жалел, а кто-то, может быть, и не очень. Всеволод же Михайлович плакал, но ушёл. От таких предложений не отказываются…
Источник: Официальный сайт ХК "Спартак"
Добавить комментарий
Стандартные
ВКонтакте